ГемаКор: «Мы для РОСНАНО не очень характерный пример»

17 сентября 2012

Биотехнологическая компания «ГемаКор» осенью планирует начать продажи своей первой разработки — прибора для диагностики состояния свертывающей системы крови. Два года назад проекту удалось получить финансирование на необычайно ранней по российским меркам стадии, вспоминает гендиректор «ГемаКора» ИГОРЬ ПИВОВАРОВ.

— Что за оборудование вы собираетесь выпускать?

— «ГемаКор» разрабатывает новые диагностические методы для медицины. А тест «Тромбодинамика» — это новый глобальный анализ крови, который очень точно имитирует процесс роста тромба от стенки сосуда. Благодаря этому мы можем выявить склонность к тромбообразованию, чего все остальные существующие на сегодняшний день тесты делать не умеют. Применение «Тромбодинамики» поможет избавить человечество от многих сердечнососудистых заболеваний, например венозных тромбозов или инсультов.

— Сколько лет ушло на эту работу?

 Первые научные публикации появились еще в 1994 году. Это были теоретические работы, потом, в 1997 году, была собрана первая установка, стали ставить эксперименты — тогда еще в лаборатории, и стало понятно, что это может быть использовано для диагностики. Первые прототипы приборов, которые стали ставиться в клинику, появились в 2007 году. Сейчас тест дает хорошие, стабильные результаты. Мы собираемся этой осенью запустить мелкосерийное производство диагностического прибора и расходных материалов и начать продажи.

Но мы пока не предполагаем, что вот эти первые приборы будут использоваться врачами в клиниках для того, чтобы принимать решения о назначении лечения пациентов. Пока они будут не для диагностических целей, а скорее научно-исследовательских. Потому что медицина — штука консервативная. Если мы говорим, что «Тромбодинамика» может диагностировать склонность к тромбообразованию, мы должны это аккуратно и четко показать. До тех пор пока мы не закончим клинические исследования и не покажем, что есть однозначная связь между показаниями нашего теста и появлением тромбоза, и связь с ходом лечения, мы не будем рекомендовать принимать конкретные лечебные решения.

— А на каком этапе вы получили финансирование?

— Я бы сказал, для России — на необычно ранней стадии. Мы получили финансирование РОСНАНО на стадии, когда они среднестатистическим проектам деньги не дают. Но у нас были результаты огромной научно-исследовательской работы, оформленные в виде лабораторных образцов приборов. У нас были очень высокие научные рейтинги. Были публикации в лучших западных журналах по нашему направлению — гемостазу. Я немножко представляю себе, на каких стадиях какие деньги какими инвесторами даются, и могу сказать, что мы в этом смысле для РОСНАНО не очень характерный пример. Но, я надеюсь, удачный.

— Но «ГемаКор» как компания существует только два года. А что было вначале?

 Вначале была научная лаборатория (физической биохимии системы крови Гематологического научного центра РАМН. — «Ъ») — она существует уже больше 20 лет, которая разрабатывала чисто научную тему. А потом, где-то году в 2008-м, небольшая группа — два-три человека — стала искать инвесторов. Я вел этот проект, писал бизнес-планы, обоснования, вел переговоры с РОСНАНО. В 2010 году мы официально оформили компанию и на нее получили финансирование. Вот такая история.

— Но вы же физик по специальности — и вдруг биотехнологии…

— Вообще, это такая смежная область между физикой, биологией, математикой… У нас в коллективе много разных людей: физики, химики, врачи, математики, биологи, инженеры. И у нас очень мультипатентная лаборатория. Мы очень много знаем про кровь. У нас есть и диагностические методы, и несколько тем по разработке лекарств, и методы доставки. Просто они на гораздо более ранней стадии, а мы стараемся не хвататься за все сразу. Вот сейчас получили финансирование на «Тромбодинамику», и она движется семимильными шагами и будет сейчас входить в клинику. Все остальное пока научно-исследовательские разработки, которые еще ждут своего часа, чтобы получить финансирование и быть внедренными.

— А какую цель вы ставите?

 Я не могу отвечать за всех людей, но за пару человек я, наверное, скажу. За себя и за Фазли (Фазли Атауллаханов — д.б.н., директор по науке и разработкам «ГемаКора», профессор МГУ имени Ломоносова, директор ЦТП ФХФ РАН, заведующий лабораторией физической биохимии системы крови ГНЦ МЗ РФ. — «Ъ»). Я думаю, что в нашей научной группе есть уникальное полное понимание того, как работает система свертывания крови. Такое понимание, которого на сегодняшний день в мире нет ни у кого, потому что эта тема на стыке разных наук. Мы хотим, чтобы эти наши представления попали в мир. Чтобы диагностика и лечение стали на порядок более точными. Вы знаете, что Россия занимает первое место в мире по сердечно-сосудистым заболеваниям. У нас с ними связано почти 60% смертей. Мы надеемся переломить существующие негативные тренды.

Источник: Коммерсант Review, 17.09.2012