«Экономика без инноваций неконкурентоспособна»

АНАТОЛИЙ ЧУБАЙС, генеральный директор "Роснано", рассказал "Ъ" о том, как построить в России инновационную экономику.

— Анатолий Борисович, вас нельзя назвать совсем уж новым человеком в области нанотехнологий. Все-таки вы входили в состав наблюдательного совета "Роснано" с момента ее создания. А теперь являетесь генеральным директором корпорации. В чем, на ваш взгляд, ключевая роль "Роснано"?

— В стратегии корпорации записано, что ее миссия заключается в содействии реализации государственной политики, направленной на завоевание Россией лидерских позиций в мировой наноиндустрии. Под эту задачу есть и конкретные цифровые показатели: в 2015 году объем продаж российской продукции наноиндустрии, в том числе с участием проектов корпорации, должен составить 900 млрд руб. А ее доля на мировом рынке — достичь 3%. Чтобы этого добиться, "Роснано" должна действовать только как крупный государственный инвестиционный фонд: искать и отбирать проекты, оценивать их экономическую и научную состоятельность, помогать найти частного инвестора, участвовать в управлении созданного бизнеса. Однако только проектной работы недостаточно. Сейчас отчетливо видна потребность в формировании системной политики, основное содержание которой — содействие созданию институтов инновационного развития, то есть инновационной среды, в России. Системные решения, которые затрагивают весь инновационный сегмент экономики, должны быть предварительно обкатаны на конкретных проектах. Вот мы за 8 месяцев получили почти 800 заявок. Из них принято пока только 6, в стадии прохождения еще 80. Думаю, к концу первого квартала будущего года будет утверждено более 40 проектов с общим объемом наших инвестиций около 40 млрд руб. Уже вскрылась масса проблем, о которых мы теоретически догадывались, но, пока не пошли конкретные проекты, не видели их системного решения.

— Системные решения предполагают наличие системы как таковой. Но есть ли в России сегодня инновационная среда или ее нужно создавать с нуля?

— Вот давайте возьмем сферу интеллектуальной собственности. В моем понимании важнейшими элементами инновационной среды являются работоспособная система защиты интеллектуальной собственности, эффективная технология в сфере оформления патентов, закрепленные в простых организационно-правовых механизмах Гражданского кодекса и корпоративного законодательства. Важнейшие отрасли права — налоговая, бюджетная, техническое регулирование — должны стимулировать инновации, а не отторгать их. Иными словами, необходимо создавать среду, в которой интеллектуальная собственность будет защищена и сможет адекватно конвертироваться в эффективный бизнес. Тогда инновационное производство развернется само собой. Другими словами, для всех участников инновационного процесса нужна комфортная правовая среда.

Не менее важный вопрос — развитие научно-технологической, производственной и финансовой инфраструктуры — "бизнес-ангелов", "посевных" и венчурных инвестфондов, бизнес-инкубаторов, технопарков, технико-внедренческих зон. В настоящий момент в России уже есть первые подобные институты. Нам вместе нужно оценить их жизнеспособность, структурировать проблемы, найти пути решения и дальше обеспечивать развитие.

Сегодня эта работа руководством страны обозначена в качестве ключевого стратегического приоритета для России. Лидеры в ней — Министерство образования и науки, Министерство экономического развития, Министерство промышленности и торговли, РАН и институты развития. Конечно же, и "Роснано" должна найти в ней свое место. Результатом консолидации этих усилий должны стать конкретные проекты с понятной коммерческой составляющей и социальной и политической выгодой для страны.

— На поддержку инноваций в России выделены колоссальные бюджетные средства. Но не кажется ли вам, что главная проблема этой сферы лежит в другой плоскости, например в дефиците проектов?

— Я знаю, это распространенное мнение. И действительно, готовых проектов не так много — как я уже говорил, не более 10% от общего числа заявок. Но я отнюдь не уверен, что скептики правы. Хотя бы потому, что существующая система сбора проектных заявок по принципу самотека далека от совершенства. Могу предположить, что мы просто пока еще не видим всей картины целиком.

Думаю, что существует очень серьезный и пока не используемый ресурс притока новых проектов.

Чтобы исправить эту ситуацию, нам крайне важен постоянный контакт с генераторами знаний — представителями фундаментальной и прикладной науки. Помимо основной работы по поддержке проектов "Роснано" намерена активно привлекать ученых к участию в экспертных нанотехнологических сообществах. Это во-первых. Во-вторых, ученые должны получить возможность работать на инфраструктурных инвестпроектах "Роснано", в том числе в нанопроизводственных центрах коллективного пользования. В-третьих, корпорация обязуется обеспечить защиту информации, предоставляемой научным сообществом на этапе подачи заявок. Наконец, четвертое перспективное направление — это аккредитация университетских и академических лабораторий в созданной нами системе добровольной сертификации нанопродукции "Наносертифика".

— А как деятельность самой корпорации воспринимается в научной среде?

— По-разному. У меня нет иллюзий: многие представители научного сообщества воспринимают "Роснано" настороженно. Но мы понимаем, что без конструктивных отношений с наукой о развитии российской частной наноиндустрии можно забыть. Поэтому мы развиваем партнерство с научно-исследовательскими организациями, заключаем с ними соглашения о сотрудничестве, обсуждаем перспективы совместных проектов. Например, такое соглашение о создании центра нанотехнологий мы будем заключать с МГУ. Там просто кладезь прорывных разработок с хорошими коммерческими перспективами. Однако опять же нужно создавать среду, в которой эти идеи могут превращаться в конкретный высокотехнологичный продукт.

— Но готов ли второй контрагент "Роснано" — частный бизнес — вкладываться в нанотехнологии? Ведь финансирование наукоемких разработок связано с высокими рисками. А сейчас не лучшее время, чтобы рисковать...

— Вы правы, в условиях финансового кризиса аппетит бизнеса к венчурным проектам резко падает. Это с одной стороны.

Но у нынешнего кризиса есть и позитивное следствие. Он наглядно доказывает, что для страны невозможно стратегически ориентироваться только на нефть и газ. Цена на углеводороды упала — перед страной встают острейшие проблемы, зависимость страны от экспорта сырья теперь уже школьнику понятна.

Именно в этих условиях вопрос о дополнении российской экономики сильным инновационным сегментом становится крайне важным. Для бизнеса внедрение высоких технологий — это колоссальный ресурс снижения издержек и повышения конкурентоспособности. В первую очередь это актуально для тех же сырьевых отраслей.

Ни для кого не секрет, что стоимость добычи нефти и газа в России в последние годы неуклонно повышается, а добыча падает. Еще год назад об этом можно было не думать: растущие цены на сырье с лихвой покрывали издержки. Но обратите внимание, кто сегодня наиболее активный потребитель нанотехнологий в мире — нефтегазовые компании. Мир признал, что экономика без инноваций перестает быть конкурентоспособной.

Я убежден, что и для российского отраслевого сектора существует только один способ кардинально повысить эффективность — широкое внедрение новых технологий.

— Наноиндустрия в России только зарождается. Не спешим ли мы проводить свой Международный форум по нанотехнологиям?

— Ровно наоборот. Мы уже в позиции догоняющего. И нам нужен зарубежный опыт не только для руководителей научных институтов, чиновников, владельцев крупных компаний. Мы должны создать в России глобальную нанотехнологическую площадку для широкого круга научной общественности, бизнеса, в том числе малого и среднего, регионов, экспертов. Вот, собственно говоря, ради начала решения этой задачи и проводится форум.

Поделиться
Rss-канал