Навстречу дебатам, или Секретные козыри РОСНАНО

Мое отношение к РОСНАНО менялось. Сразу после создания этой корпорации в 2007 году я, как и все отраслевое сообщество, шутила про «бананотехнологии» и недоумевала, куда денут $5 млрд. Потом в фонд устроились с десяток моих знакомых и стали рассказывать об ожидаемом IRR, отклоненных на due diligence сделках, соинвесторах на 50% от раунда — все в целом создавало ощущение профессионального подхода.

Когда возникла дискуссия политика Алексея Навального и главы РОСНАНО Анатолия Чубайса, я взяла комментарии у пресс-службы РОСНАНО, пообщалась с Навальным, с бывшими сотрудниками РОСНАНО, собрала типичные вопросы/утверждения и ответила на них. В каких-то случаях полную картину составить было непросто, но уверена, что сегодняшние дебаты Чубайса с Навальным в прямом эфире телеканала «Дождь» помогут еще лучше разобраться в вопросе.

«Зачем им столько денег?»

Наука — дорогое удовольствие. Национальный институт рака (NCI, США) тратит каждый год по $5 млрд (это весь объем средств РОСНАНО). США вложили в альтернативную энергетику $51 млрд в 2011 году (10 РОСНАНО), а Китай еще больше. Только медицинский факультет Стэнфорда тратит $300 млн в год (больше бюджета всего НИУ ВШЭ).

Научное отставание и его нарастание очевидно всем — сегодня доля России в выданных международных патентах составляет всего 0,14%. И утвержденная правительством «Стратегия-2020», и проекты реформ оппозиции предлагают увеличить расходы на науку с 1% до 2% ВВП. Это редкий вопрос, по которому есть консенсус. То есть правильный вопрос «не зачем РОСНАНО столько денег», а «как их вложить наиболее эффективно».

«У них много провальных проектов, а на стадии private equity провалов вообще быть не должно»

Спросите об этом у Альберта Гора. После проигрыша президентских выборов Бушу он стал партнером фонда Kleiner Perkins в сфере альтернативной энергетики, среди успешных сделок было и два фееричных провала.

Производитель электромобилей Fisker получил $1,1 млрд инвестиций и $192 млн госзайма. Проиграл конкуренцию Tesla, подал на банкротство, продан за бесценок китайцам. Производитель солнечных батарей Solyndra получил $848 млн инвестиций и $500 млн госзайма, тоже стал банкротом, заводы закрыты, люди уволены. Республиканская партия даже запустила отдельный информационный проект с критикой «зеленых» идей, поддержанных правительством.

Провалы возможны на любой стадии. Некоторые сделки РОСНАНО похожи на private equity только по объему вложенных средств (158 млрд рублей в 115 проектов, то есть около 1 млрд рублей в среднем), но, судя по стадии, на которой вкладываются средства, это типичные венчурные инвестиции, более рискованный тип вложения средств. Поэтому к провалам надо относиться терпимо, если в среднем по портфелю доходность нормальная.

«Доходность низкая; вложенные государством средства вряд ли вернутся»

РОСНАНО заработало 29 млрд рублей (при вложении 158 млрд рублей) от продажи долей в проектах и дивидендов. Из 115 проектов 9 проданы полностью и 9 частично с доходностью 12,6% годовых. Самые заметные из них — «Русский кварц», «Ниармедикфарма», SiTime, IPG Photonics.

Что с остальным портфелем? РОСНАНО прогнозирует 25%-ную доходность (это более чем хорошо для private equity). Пика выходов можно ожидать через 3–4 года, так как пик инвестиций пришелся на третий год с момента создания фонда и срок выхода продуктов на рынок (time-to-market) больше, чем в ИТ.

Чубайс делает ставку на «секретные козыри, которые вскоре выстрелят по-настоящему». И это главный вопрос к главе РОСНАНО: что за козыри, как долго их ждать и как рассчитывали ожидаемую доходность текущего портфеля 25%?

«У портфельных компаний хорошая выручка. Выручка, Карл»

Надо понимать, что 25 лет инновационные проекты, получавшие гранты, отчитывались числом созданных рабочих мест, числом патентов, расходами на станки, отчетами о прогрессе НИР — чем угодно, только не выручкой. Жесткая ориентация на заработанные деньги непривычна российским ученым. Но их заставили принять эту реальность.

Портфельные компании РОСНАНО продали продукции на 227 млрд рублей за все время (на конец 2014 года). Мы не знаем, включалась ли в эти цифры выручка уже успешных на момент инвестиций компаний, вроде IPG Photonics, и какова маржинальность бизнесов. Если это чистый показатель (это большое допущение), то результат фантастический и ни один другой институт развития («Сколково», РВК, ФРИИ и пр.) близко к нему не приблизился.

«Эти рынки сбыта создавали по звонку»

Чубайса критикуют за то, что либерал не может забыть принципы Адама Смита и лично работать «невидимой рукой рынка», помогая отдельным компаниям и отраслям. Мол, в России был специально введен запрет на лампочки накаливания, от которого выиграли производители светодиодных ламп, в том числе СП РОСНАНО с «Онэксимом».

Чубайс считает, что это хорошо: «Особенность России в том, что невозможно строить только с одним государством и невозможно построить без государства. Невозможно построить по приказу и невозможно построить без приказа. У нас в портфеле 87 компаний. Из них примерно половина возникла самостоятельно. Развивались бы медленнее, труднее, но они бы жили и без нас. Другая половина просто не появилась бы».

Из 11 проектов, которые Альберт Гор упоминал в своей презентации о глобальном потеплении «Неудобная правда», девять получили государственные субсидии. Чем это отличается от звонков Чубайса?

«Деньги РОСНАНО не всегда оказывались „умными”»

Каждый инвестор рассказывает, что дает smart money, то есть знания, связи, контакты клиентов. Это не всегда удавалось РОСНАНО. Так, Валентин Гапонцев (единственный, кроме Касперского, технарь из списка миллиардеров Forbes 2014 года) выкупил долю РОСНАНО в IPG Photonics обратно, потому что фонд не смог помочь в развитии. Да, сделка прошла с хорошей 8%-ной долларовой доходностью и сейчас указывается среди выходов, но причины выкупа не льстят РОСНАНО.

«Часть денег разворовали»

Еще в 2013 году Счетная палата нашла по результатам проверки «признаки мошенничества» и «коррупционную составляющую» в отдельных проектах. Какие-то слухи про «амортизацию» и «усушку-утруску» в размере до 5% от раунда доходили и до меня. Подтверждения слухов пока нет.

«Работали профессионально по классическим инвестиционным принципам»

РОСНАНО сразу установило обязательный критерий для сделок — наличие соинвестора хотя бы на 50%. Среди них мировые лидеры: Cisco, AMD, Sumitomo, Sequoia, а также крупные российские компании вроде ТМК и ЧТПЗ. Фонд вложил 158 млрд рублей, а соинвесторы еще 312 млрд рублей. Такой подход приносит в сделку отраслевую экспертизу, рано привлекает потенциального стратега или клиента, делит риски.

Удалось настроить due diligence (проверку проектов), создать хороший поток международных сделок. Многие инвестиции РОСНАНО нероссийские: Quantenna, Neophotonics, Plastic Logic, Softmachines и др.

Если мы отстали и не можем создать Tesla или SpaceX, то купить в них долю — тоже стратегия. Понимая это, 47 млрд рублей было потрачено на трансфер технологий.

«Создали инфраструктуру для исследований»

Часть успеха Билла Гейтса объясняется тем, что его школа имела доступ к компьютеру — невероятная редкость для тех времен. По задумке РОСНАНО, будущие Курчатовы или Капицы сейчас сидят в одном из 12 наноцентров (технопарки для проектов наноиндустрии). 345 стартапов из этих центров продали продукции на 1,3 млрд рублей.

«Отдельные процессы в фонде не самые эффективные»

Проверка аудиторов в 2013 году обратила внимание на среднюю зарплату в РОСНАНО $15 тысяч и зарплату менеджеров $30–60 тысяч. Не смертельно, но вызывает вопросы. Также кажется, что раздут бэкофис — в нем почти 300 человек. Еще у компании странные представления об онлайн-обучении: так, Чубайс хвастается тремя тысячами обученных онлайн за прошлый год, но любой эксперт в e-learning скажет, что это очень низкие показатели.

«Госструктура не может эффективно инвестировать и создавать отрасли»

Помогает ли государство новым отраслям в других странах? Да. Илон Маск получил от правительства грант $465 млн на Tesla, как и его неудачливый конкурент Fisker. Без поддержки проект вообще бы закрылся в 2008 году, а без жаркой конкуренции не стал бы таким инновационным.

Можно ли было поддержать нанотехнологии по какой-то другой модели? В жизни редко можно провести А/Б-тестирование, но это тот самый случай. В одни сроки с РОСНАНО была создана Российская венчурная компания, работающая по альтернативной модели фонда. РВК не инвестировала напрямую в проекты, а выбирала фонды и передавала им деньги в управление. Как раз в логике, что «у нас не может быть экспертизы, зато будет бюрократия и постоянная „заинтересованность“, а у коммерческой структуры четкая ориентация на прибыль». Расчет не оправдался.

«РОСНАНО с большим отрывом выигрывает у других институтов развития»

Сравнение по выручке портфельных компаний и доходности фондов объективно в пользу РОСНАНО.

Источник: данные компаний, расчеты автора

Вывод

Если бы во Владивостоке не построили мост на остров Русский (по цене двух РОСНАНО), никто бы не почувствовал разницы и добирался бы на пароме — нормальный паром, я тоже на нем ездила. Мы возмутились решению закрыть фонд «Династия», который успел вложить в науку около $100 млн, — возмутились, потому что все понимают, что наука должна быть приоритетом. Без РОСНАНО последствия для сферы были бы огромны (заводы, прибыльные компании, трансфер технологий, инфраструктура, обучение ученых). Непоследовательно жалеть о «Династии» и желать скорой ликвидации РОСНАНО.

Дебаты об эффективности работы РОСНАНО — это хорошо. Гражданское общество периодически должно просыпаться и требовать «подать сюда начальника транспортного цеха». Согласие Чубайса дебатировать — это тоже хорошо. Плохо — голословные обвинения без глубокого изучения предмета. В ходе дебатов мы сможем убедиться, насколько зрелый политик Навальный, достаточно ли у него желания разбираться в скучном и сложном предмете и спорить по существу.

Источник: Slon , 24 июня 2015
Автор: Елена Масолова
Поделиться
Rss-канал